Самозащита
Особый репортажЛичное делоМир вокругОбыкновенное чудоРезвяся и играя
Генеральная линияНовейшая историяЗа ковромЖивая легенда
Секция самбо
On-line подписка On-line голосование Подписка на новости О журнале Где купить Редакция журнала Вакансии Для рекламодателей Media Kit Выставки Партнеры Журналу «Самозащита без оружия» - 10 лет «Самозащита без оружия» в Raff House
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо

Допинг: разрешить нельзя запретить

Текст: Наталья Мещерикова. Фото: Евгений Тумашов.

В этом заголовке сознательно не поставлена запятая. Это на первый взгляд кажется, что проблема лишь в постановке знака препинания, на самом же деле ситуация с допингом в спорте куда сложнее. А что касается запятой, мы, конечно же, не раздумывая, ставим ее на единственно возможное место. Итак: «Разрешить нельзя, запретить!»

– Если увидите меня по телевизору или меня будут цитировать в газетах, значит, у нас все плохо, – обронил перед отлетом на Олимпиаду директор антидопинговой инспекции ОКР (Олимпийского комитета России) и руководитель департамента по медицине и антидопинговому контролю Федерального агентства по физической культуре и спорту Николай Дурманов. Есть такая примета в отечественном спорте: если Дурманова цитируют и показывают, значит, кто-то из атлетов что-то «съел» не то. Сейчас уже идет мировая эпидемия разбирательств по фактам применения допинга. В Международном спортивном арбитраже в Лозанне в производстве одновременно находится более десяти дел. Число по абсолютной величине небольшое, но если принять во внимание тот общественный резонанс, который влечет за собой каждый из случаев, – можно уже говорить о катастрофическом поражении спорта.

Перед беседой, когда я устроилась поудобнее в мягком кресле в кабинете Дурманова с чашкой чая, в качестве десерта хозяин предложил мне попробовать «шоколадный» батончик. По вкусу конфета напоминала то ли гематоген, то ли шоколад с начинкой. А вот на яркой черно-красной этикетке, как у импортного «марса», в одном месте маленькими буквами было написано – «для игровых видов спорта», а в другом – «употреблять 1 батончик за час до любой физической нагрузки, еще 1 батончик – сразу после любой физической нагрузки».

– Подкармливаем?! Наверное, не только меня, но и спортсменов?

Дурманов хитро улыбнулся: - Я никого не подкармливаю. Моя профессия – подозревать!

– Николай Дмитриевич, какое наказание грозит спортсмену за применение запрещенных препаратов?

– Все наказания уже прописаны в кодексе WADA (Всемирного антидопингового агентства). Если спортсмен первый раз попался на допинге, то полагается отлучение от спорта на два года, за повторное – пожизненная дисквалификация. Смягчить наказание возможно в крайне редких случаях.

– Пожизненная дисквалификация как наказание адекватна преступлению?

– Пожизненная дисквалификация, на мой взгляд, бессмысленна. Во многих видах спорта запрет на участие в официальных стартах пусть даже на два года или тем более на несколько лет означает завершение карьеры. Нет разницы – запретить на два или на четыре года, спортсмен все равно не сможет уже выступать на высшем уровне. Такова специфика спорта. Что же касается действенности – напомню, нигде не доказано, что применение смертной казни в гражданском обществе ведет к снижению числа убийств.

– Борьбой с допингом занимается международная общественная организация WADA. Доверяете ли вы как специалист методам борьбы этой организации?

– Я хорошо знаком с ведущими деятелями WADA. Спорт – это своеобразный полигон для испытаний новейших медицинских технологий. Зачастую применяются препараты и методы, не прошедшие даже клинических испытаний!

Не исключено, что уже в ближайшем будущем на спортивных аренах будут выступать генетически модифицированные киборги, а не люди. Порой у ворвавшихся в спорт новых допинговых субстанций даже названий-то нет. Соответственно с такими явлениями и бороться приходится тоталитарными методами. Если выполнять все формальности закона и действовать демократическими методами, то ситуация лишь ухудшится. Получается, что WADA вынуждена действовать по принципу: будем ловить то, что можем, а кто не спрятался – мы не виноваты.

– Что нового придумало международное сообщество в борьбе с коварным зельем?

– С февраля WADA запускает в действие компьютерную систему ADAMS (antidoping administration and management system). Это всепланетная база данных, в которой будут биохимические данные атлетов, выступающих на международных соревнованиях. Одно нажатие кнопки – и на экране монитора высветятся сведения о местонахождении спортсмена, о перенесенных заболеваниях, результатах прошлых допинг-проб и данные о том, имеет ли право атлет на применение запрещенных препаратов на основе терапевтического исключения. Подобная система позволит держать сразу всех спортсменов под прицелом.

– Один из способов легального приема запрещенных препаратов – это назначение врача. Что предпринимается для того, чтобы лжебольных не было в спорте?

– В кодексе WADA есть раздел, посвященный механизмам и правилам принятия терапевтических исключений, но он несовершенен. Большой резонанс в период зимних Игр 2002 года вызвало «дело астматиков» у лыжников. Если спортсменов, применяющих лекарства, отлучить от них, они могут начать задыхаться на дистанции. Но, применяя препараты, атлеты, возможно, как раз и становятся теми самыми киборгами. Точных данных нет, но предположительно 60-70 процентов лыжников и биатлонистов, входящих в скандинавские сборные, страдают астмой. Применяемые ими препараты не только бронхорасширяющие, а имеют еще и анаболический, и психотропный эффект.

– Через год состоится зимняя Олимпиада в Турине. Что может появиться на допинговой ниве?

– К каждому крупному соревнованию появляется что-то новенькое в допинге. Своеобразная модная обновка к новому спортивному сезону. Накануне Олимпиады в Солт-Лэйк-Сити появился дарбепоэтин, к афинским Играм приурочили метод гемотрансфузии. До Турина еще достаточно времени. И сейчас WADA уделяет особое внимание прогормонам – препаратам, которые превращаются в организме в гормоны. В принципе, это анаболики, «дозревающие» внутри организма. Сейчас интернациональные ловцы допинга тратят огромные средства, чтобы разработать способ определения гормона роста. Активно охотятся они и за релизинг-факторами – это такие пептиды, которые инициируют производство собственного гормона роста. Наконец, уже было несколько заседаний в узком кругу на тему генетического допинга. А вот к психотропным препаратам пока особого внимания незаметно, хотя эта тема мне кажется весьма актуальной.

– Медали уже начали отнимать и спустя время после соревнований. Что может быть кошмарнее для спортсмена, чем возвращение награды?

– Антидопинговые службы должны тоже уметь проигрывать. Не согласен с решением, что многие пробы могут быть проанализированы спустя годы после их забора. Так, Международная федерация легкой атлетики (IAAF) оставляет за собой право хранить пробы до 8 лет. Многие спортсмены, принимавшие допинг, для которого не было тогда надежного способа определения, могут спустя годы даже после завершения спортивной карьеры быть уличены в приеме запрещенных препаратов. И, более того, могут быть пересмотрены официальные результаты соревнований – медали будут отданы другим.

Я считаю, что подобные решения не должны приниматься. Спорт – это действие, которое происходит здесь и сейчас. Как говорится, не пойман – не вор.

Уже сейчас в спортивном арбитражном суде (CAS) в Лозанне рассматривается несколько дел, когда спортсмен выиграл международные соревнования, на которых он уже в принципе не должен был выступать. Оказывается, проба, взятая раньше, дала положительный результат, что автоматически ведет к дисквалификации спортсмена на последующие старты. Вот только стало об этом известно в силу технических особенностей уже после двух или трех соревнований. И что? Нужно перетрясать весь пьедестал почета на нескольких соревнованиях? Кому такое понравится?

Своеобразный дамоклов меч, висящий над спортсменом, уничтожает драматургию спорта. То, ради чего люди ходят на стадионы. Зритель чувствует себя обманутым. Представьте картину: на Олимпиаде атлет первым пересекает финишную черту, он вроде чемпион, но только тогда, когда специальные люди скажут, что ему можно вручить медаль.

– Какие методы борьбы с допингом могут спортивному сообществу принести пользу?

– Борьба с допингом – это в последнюю очередь наказание, а в первую – информирование о проблеме. Я как специалист общаюсь с сотнями спортсменов. В подавляющем большинстве случаев допинг принимают по незнанию, из-за непонимания того, чем это грозит. Иными словами, можно говорить о недостаточной спортивной грамотности. Разъяснительная работа, главным образом среди спортивных медиков, должна давать больший положительный эффект, нежели непосредственно жестокое наказание за провинность. Особенно важно бороться с допингом в юношеском спорте. Нужно растить молодое поколение спортсменов на бездопинговых методиках.

Всем специалистам уже давно ясно, что бороться с этим злом исключительно силами спортивного сообщества недостаточно. Необходимо активнее подключать специальные структуры, такие как Интерпол, для борьбы с допинг-трафиком. В спецслужбах стран накоплен огромный опыт по борьбе с производством и распространением наркотиков. Такой опыт нужно использовать. В Италии, например, действует уголовная ответственность за хранение, распространение и употребление допинга. К борьбе с этой чумой подключаются правительства разных стран. Президент США Дж. Буш издал указ о запрещении прогормонов и некоторых других препаратов, применяемых для похудения. Государство должно вмешиваться там, где собственными силами не справиться.

– Некоторые представители спортивной науки считают, что борьба с допингом – фикция и надо его разрешить.

– Не дай бог! Здесь надо думать не только об элитном спорте, а о том, где нет квалифицированных врачей, нет порой здравого смысла, а молодому спортсмену любым способом надо о себе заявить. Какой гадостью он уколется?! Если разрешить допинг в большом спорте, то эффект домино дойдет до спорта юношеского!

– Есть такое выражение: из двух зол нужно выбрать меньшее. Что большее зло в спорте, чем допинг?

– Наибольшее зло, вернее, корень зла, из которого вырастает допинг, – это деньги. Огромные деньги. Именно они способствуют превращению спорта в шоу-бизнес, а допинг – в средство достижения и славы, и денег. При этом этическая и социальная сторона спорта отдвигаются далеко назад. Посмотрите, как ведет себя общество (и журналисты здесь играют не последнюю роль). В череде спортивных новостей в первую очередь со смаком обсуждаются призовые гонорары и штрафы. Взахлеб обсуждаются поражающие воображение призовые вознаграждения победителей в большом теннисе, трансфертные суммы в футболе и хоккее и т.д. А потом звучит столь же дружный хор гневного осуждения в адрес спортсменов: «Ловчат, химичат!» Так нечего на зеркало пенять, мы сами и виноваты, что между понятиями «спорт» и «деньги» возник и все более упрочивается знак равенства.

Авторизация
Логин:
Пароль:
Войти

10 (12) 2005
Номер 10 (12) 2005

Краткий анонс:
Саша и все, все, всеКрасивая картинкаДопинг: разрешить нельзя запретитьТорсионный переворотИнструкция по использованию 32-килограммовой гири
127051, г. Москва, 1-Колобовский переулок, дом 19, строение 2
Тел.: +7 (977) 777-99-69
E-mail: mail@samoz.ru
Internet: www.samoz.ru
Главная | Новости издания | Текущий номер | Секция самбо | Архив номеров | On-line сервисы | Контакты | Полезные ссылки
Rambler's Top100