Самозащита
Особый репортажСюжет человекаМир вокругЛичное дело
Генеральная линияНовейшая историяЖивая легенда
Секция самбо
On-line подписка On-line голосование Подписка на новости О журнале Где купить Редакция журнала Вакансии Для рекламодателей Media Kit Выставки Партнеры Журналу «Самозащита без оружия» - 10 лет «Самозащита без оружия» в Raff House
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо

Клетка для Принца

Эдгард Вальтерович Запашный

Текст: Наталья Ильина. Фото: из архива «Цирка братьев Запашных».

Эдгард Вальтерович Запашный родился в 1976 году в Ялте. Окончил Институт предпринимательства и права. Представитель знаменитой цирковой дина­стии. Дрессировщик, работает с тиграми, львами, обезьянами, лошадьми. Заслуженный артист РФ. Рекордсмен Книги рекордов Гиннесса. Награжден специальными призами «Золотой лев» Китайской ас­социации цирков и главными призами «Золотая тройка» на 1-м Всероссийском фестивале циркового искусства (1997) и на 1 -м Международном фестива­ле циркового искусства (2003). Лауреат националь­ной премии «Циркъ» (2001) и премии правительства Москвы (2002). Владеет английским и китайским языками. Любит футбол, боулинг. Не женат.

Честно говоря, решение Эдгарда Запашного встретиться в спор­тивном клубе меня очень удивило. Две свежие травмы – плеча и колена, а он не отказывается от боксерских тренировок. Спал, как потом признался, четыре часа, устал чертовски, но отменять нашу встречу не стал – когда еще раздвинется «окно» в его плот­ном графике. Как оказалось, девять вечера для него – самое то. До закрытия клуба он успеет даже грушу поколотить. А ведь пе­ред этим у Запашного была работа на манеже, а еще раньше – победа на звездном «Короле ринга». Так зачем же ему сегодня бокс, да еще на ночь глядя?

КОРОЛЬ РИНГА

– А что вас удивляет? – неожиданно от­кровенно начал потомок чуть ли не сто­летней династии укротителей хищников. – Это нормальный мужской стиль. Дока­зать не другим, а себе, что не слабак, что способен выдерживать изнуритель­ные многочасовые нагрузки. Ведь хо­рошая физическая форма – не пустой звук. Это гарантия собственной безо­пасности, и не важно где – на сцене ли, арене, в кадре, на улице или на ринге. И действительно, победа в жестком амбициозном телепроекте Первого ка­нала далась Запашному не просто. Он честно признался: ноги часто дрожа­ли... И с Константином Копцевым на тренировках, когда страх, что учитель отделает тебя как Сидорову козу рань­ше, чем соперник. И с противниками, когда глаза боялись Анатолия Журавлева, кстати, спарринг-партнера Ни­колая Валуева, а руки делали дело. Потому как «реально здоровый мужик, четырнадцать кило сверх моего веса», да еще морально и физически превосходит.

К бою с Журавлевым, экс-чемпионом по таэквондо, Запашный пришел уже с ра­зорванными мышцами и связками пле­чевого сустава и, если честно, с выступ­лением мешкал. Но в мыслях зудело: по­думают, струсил. Не выдержал, кинулся к друзьям-спортсменам за советом, они поддержали: «Ты уже выиграешь, если просто выйдешь на ринг с одной рабо­чей рукой». Вышел. Одной левой против­ника не уложил, но и в грязь лицом не ударил. Пока бился с гигантами, боялся проиграть, покалечиться, а больше все­го – покалечить соперника, как сам ска­зал, «человека».

Кому, как не укротителю, знать, чем чре­ваты травмы. Понимал же, что в боксе, как и в цирке, ни от чего не застрахован. Но все-таки влез в проект.

– Зачем? – спрашиваю.

– Иначе извелся бы, увидев по «ящику», как другие дерутся. Мог бы, конечно, придумать кучу оправданий, и все справедливые – что-де и работы много, и во­обще карьера не стоит подобных жертв. Сейчас, правда, когда после побед над собой и противниками зализал раны – и моральные в том числе, – думаю, мог обойтись и без бокса. Там много под­водных камней, о которых не буду... Рад, что просто дошел до конца, а многие на проекте сломались. Знаете, песня «кол­леги» по рингу Алексея Хворостяна «Па­дали, но поднимались» – она о едини­цах, кому хватает духа подняться и даль­ше идти...

В ШКУРЕ ШЕРХАНА

На профессиональном цирковом языке номера с дрессированными хищниками называются «клетки». Глядя, как играючи братья Запашные отрабатывают эти «клетки», кажется, что цирк для них – ув­лекательный аттракцион, а тигры, львы и обезьяны – милые домашние питомцы. – Вот уж о чем не надо забывать, так это о природных инстинктах зверей, – сразу же охлаждает мой пыл дрессировщик. – Пусть они внешне миролюбивы, беспре­кословно подчиняются, но, не дай бог, ошибешься – съедят с потрохами. Успо­каивает только знание правил. Ну, хотя бы того, что с ними нельзя допускать никакой демократии – только жесткая вертикаль власти. Иначе... Приведу один показательный пример. Во время представления в Будапеште тигр уда­рил брата по лицу. Окровавленный, Аскольд вышел из клетки. А я вдруг уви­дел совершенно других животных. Все десять хищников, которые находились вокруг меня, словно поняли, что от од­ного «вожака» им удалось избавиться. И сколько вызова и угрозы было в их взглядах! Если бы я сломался тогда и ушел вслед за братом, то никогда уже не смог бы к ним вернуться. Они бы мне этого не простили.

– А страшно вам было?

– Еще как! Страх просто необходим. Он помогает нам правильно перейти доро­гу, не заснуть в транспорте из опасения, что тебя там могут обокрасть. Мне же он позволяет выжить: я вижу дистанцию между собой и хищником и осознаю всю серьезность ситуации. Но не только твердость и предельное спокойствие помогают Запашному укро­щать зверей. Он старается, как сам го­ворит, «залезть в шкуру Шерхана», то есть вникнуть в психологию хищников. Даже резюме составляет каждому из пи­томцев: серьезен, характер нордиче­ский. Или тигр Мартин: ласков, как кош­ка, любит телячьи нежности. Возможно, поэтому зрители буквально перестают дышать, когда Аскольд Запашный из собственного рта спокойно кормит льва мясом, и тот аккуратно принимает уго­щение своими клыками, а Эдгард, взва­лив на плечи рычащего 215-килограммо­вого хищника, проходит с ним несколько шагов по арене. А один трюк братьев, который никто больше так и не смог повторить, занесен даже в Книгу рекордов Гиннесса. Это когда лев Майкл с дресси­ровщиком на спине перепрыгивает с од­ного колеса на другое. Недаром Эдгарда и Аскольда Запашных сегодня называют «принцами российского цирка». Пока мы разговаривали о любимых пи­томцах Эдгарда, я все время думала: ин­тересная все-таки психология у этих ук­ротителей хищников. Чем больше они рискуют жизнью, тем сильнее их тянет снова и снова испытывать судьбу. Одна­жды они готовили номер с летящей тиг­рицей: тумба, прыжок, перелет через движимую трапецию. Кошка никак не хочет работать, и Эдгард взялся помочь ей – решил положить на трапецию... брата, чтобы та «испугалась падения». Хищница попятилась, но укротитель строптивую уломал, заодно надавил и на брата.

– Взял его на слабо, типа: трус ты, Ас­кольд, возьму сейчас и сам лягу. Не знаю, что его вздернуло – гордость ли, обида, а может, страх за меня, еще не готового к трюку. Но, выругавшись, он пошел и лег – с вызовом: мол, сейчас покажу, кто здесь дурак!

Тигрица прыгнула, сорвалась с высоты и накрыла всей тушей Аскольда. И они, сцепившись, покатились вниз. Хищница – раздирая одежду «партнера», партнер – отбиваясь. Эдгард – ни жив, ни мертв: брата угробил. Подбежал, взялся раста­скивать пострадавших. Обошлось без потерь.

– Ему бы выплеснуть все из себя, за­ехать мне по морде, но Аскольд наказал меня молчанием. Я же и так локти кусал: лишился бы его – жить бы с этим просто не смог.

ИДЕАЛЬНЫЙ БОЛЬНОЙ

Как признался Эдгард, и у него и у Ас­кольда есть немало «трофейных отме­тин» от тигров, львов, обезьян. Он счита­ет, что порой обезьяны даже опаснее хищников.

– Помню, – рассказывает артист, – как самец по кличке Парис отстаивал свое право быть вожаком. Однажды мы слу­чайно встретились с ним взглядами, он воспринял это как вызов и бросился меня рвать. А клыки у него не маленькие – по четыре сантиметра. И представляете, я, девяностокилограммовый дрессиров­щик тигров, удирал от двадцатикило­граммовой обезьянки. Мне наложили двадцать швов, я не мог ходить, и мой брат два месяца носил меня по дому на руках.

Но самую тяжелую травму Эдгард За­пашный получил весной во время вечер­него представлении в московском цирке на проспекте Вернадского. Исполняя за­ключительный трюк в номере «Жонглеры на лошадях», он неудачно спрыгнул с ло­шади. Хирург, дежуривший в цирке, по­ставил неутешительный диагноз: полный разрыв крестообразной связки коленно­го сустава. В больнице, куда Запашного доставила «скорая», ему была проведе­на сложная трехчасовая операция. А впереди – многомесячный курс реаби­литации.

Лишиться подвижности, а значит, про­фессии и жизни, которая у Эдгарда, как ни крути, вся наполнена цирком, – это ли не самый кошмарный сон. Казалось, все рухнуло – и громкие планы создать шоу мирового класса, на уровне того, что Майкл Джексон творит на эстраде, а Дэ­вид Копперфилд – в иллюзионистском жанре, с пиротехникой, лазерными и прочими спецэффектами. Шоу, которое затмило бы канадский цирк «Дю Солей»! И вообще, год-два без движения стави­ли крест на дрессуре, освоенной с дет­ства и единственной, в которой он себя представлял. Артист пытался успокоить себя, что упал-де он при «исполнении служебных обязанностей», а не на любимом футбольном поле. Смирился, но не­надолго.

– Когда я понял, что с ногой не все в поряд­ке, терпение мое лопнуло, я собрал чемо­дан и улетел в Германию. Я ведь визиты к заграничным врачам долго считал просто «понтами». Думал, не мой стиль – гнуть пальцы. Но прижало, и уже плевать было, где и кто – лишь бы ногу вернули в строй.

Ногу вернули, пусть и не до рабочего со­стояния. Тогда Эдгард решил образовав­шееся «свободное» время потратить с пользой – много читал, оформлял сайт, часы просиживал на репетициях. И вы­шел из битвы с самим собой с твердым намерением – не плевать на здоровье, как прежде.

– Раньше я был невнимателен к себе, даже на грипп закрывал глаза – репети­ровал с температурой. Дотренировался до того, что на боксерский ринг вышел с двусторонним воспалением легких. Сейчас же перестраховываюсь. Чуть ка­кой чих, насморк – сразу же к маме. Она и аптечку подберет, и план составит – ку­да и к какому врачу обратиться. Словом, идеальный больной, как рекомен­довал Запашного коллегам немецкий врач.

СТРОПТИВ, КАК ТИГР

Мне не раз говорили, что дрессировщики похожи на своих подопечных. С Эдгардом Запашным все так и есть. Но од­но дело – подчинить себе хищника. И со­всем другое – качать права, всегда и везде. Там, где другой промолчит, Эд­гард церемониться не станет: нужны бо­тинки сорок пятого размера, а продавец искать не спешит, ссылаясь на отсутст­вие оных на складе, – всех на уши поста­вит, дойдет до администратора, менед­жера, директора. До кого угодно, смеет­ся, только не до скандала: умеет «доход­чиво объяснять». Доходчиво – это когда кассирше, буркнувшей что-то невнят­ное, в «самых вежливых выражениях» предлагается повернуться лицом и улыбнуться:

– Не терплю хамства и равнодушия, – объяснил Эдгард, – Тем более, если ка­чества эти никак не стыкуются с требо­ваниями профессии. Даже хищникам нельзя грубить, а тем более человеку.

А уж если на дороге его «подставил» со­сед по ряду, тогда все – разойдется в тигриной ярости, когти выпустит, дове­дет до суда. И, кстати, четырежды свое отсуживал. И дело не в «плохом» харак­тере, а в цене тех денег, которые артист добывает потом и кровью – буквально. Однако чтобы научиться грамотно отста­ивать свои права, Запашный решил не останавливаться на малом. Серьезно за­интересовался юриспруденцией. Окон­чил Институт предпринимательства и права.

– Ведь сегодня многих артистов элемен­тарно обманывают, загоняют в кабалу, а сливки снимают другие люди. И мы с этим сталкивались много раз. Когда ра­ботали в Китае, за два дня нас посмотрели 40 тысяч человек, самый дешевый билет стоил 50 долларов. Ажиотаж был невероятный – все хотели попасть на русский цирк. Руководству города при­шлось даже перенести на две недели шоу Дэвида Копперфилда. Тогда мы по­няли, насколько глупо у нас составлен контракт – организаторы заработали на нас безумные деньги. Теперь, до того как подписать документы, мы заранее изучаем площадку, ценовую политику, чтобы оговорить финансовую сторону. Раз уж я варюсь в шоу-бизнесе, мне нужно быть в теме. Шоу еще научусь де­лать, брат поможет, а с бизнесом нужно серьезно разбираться, иначе и шоу ни­какого не выйдет.

Как-то само собой вышло, что в деле братья – натуры крепкие и принципиаль­ные – поделили епархии: младшему дос­тались режиссура и творческое горение, а старшему – пульт менеджера и сухой прагматизм. Эдгард и раньше-то счи­тался правой рукой Татьяны Запашной, мамы и по совместительству директора цирка, но соответствующее образова­ние, думается, сегодня добавило ему прав.

Авторизация
Логин:
Пароль:
Войти

1 (30) 2008
Номер 1 (30) 2008

Краткий анонс:
Тяньвань доверияКлетка для ПринцаЗа островаПитер выбирает самбо
127051, г. Москва, 1-Колобовский переулок, дом 19, строение 2
Тел.: +7 (977) 777-99-69
E-mail: mail@samoz.ru
Internet: www.samoz.ru
Главная | Новости издания | Текущий номер | Секция самбо | Архив номеров | On-line сервисы | Контакты | Полезные ссылки
Rambler's Top100