Самозащита
Персона номераОсобый репортажМонологЗавтрак с чемпиономСюжет человека
Генеральная линияТурнирыУчебный сборЛетопись самбо
Федерация самбо Москвы Фонд поддержки и развития самбо Российский Союз Боевых Искусств
On-line подписка On-line голосование Подписка на новости О журнале Где купить Редакция журнала Вакансии Для рекламодателей Media Kit Выставки Партнеры Журналу «Самозащита без оружия» - 10 лет «Самозащита без оружия» в Raff House
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо

Профессия - спортсмен

Текст: Григорий Зеленский.
Коллаж: Вячеслав Доронин.

Один и тот же вид спорта способен быть массовым, олимпийским и профессиональным. Наполнение этих сфер легко увидеть на примере футбола или баскетбола. Массовый спорт — это что-то вроде школьной физкультуры, олимпийский — это когда великий атлет бьется за честь страны, а профессиональный — это когда без контракта на миллион он даже пальцем не пошевелит. На самом деле границы между этими тремя областями уже давно стали прозрачными, а сами термины скорее мешают, нежели способствуют пониманию ситуации.

В середине прошлого века самбисту, чтобы попасть на чемпионат СССР, в среднем достаточно было заниматься 3–5 лет. Разумеется, на всесоюзных турнирах побеждали самые талантливые, конкуренция за награды была серьезная, случайные люди чемпионами не становились. И все же факты — штука упрямая. Бывало, запишется первокурсник в вузовскую секцию, а на последних курсах уже мастер спорта и известный спортсмен. В восьмидесятых годах — а это был период максимальной популярности самбо во всем мире — временные затраты, чтобы сделать «кэмээса», составляли в среднем 4–5 лет. А дальше — как повезет. Удобно, учитывая, что возраст, с которого разрешали заниматься самбо, составлял 12 лет. Получаешь на выходе из школы звание к. м. с. и решаешь, будешь ли заниматься спортом дальше или выберешь другую стезю. И если решил продолжать, соответственно, сдаешь на мастера.
Сегодня на ковер выходят в начальной школе, потом усиленно тренируются, потом снова усиленно тренируются… В 21–22 года заканчивается молодежный период и нужно переходить во взрослую категорию. А это — снова тренировки, иначе никакого результата не будет. Примерно в 25 может случиться первый национальный пьедестал. К 25 годам нынешние самбисты имеют спортивный стаж 15–17 лет. Четырехкратный чемпион мира по самбо Виталий Минаков как-то сказал в интервью нашему журналу: «Любой спортсмен, выступающий на серьезных турнирах, уже ветеран, если судить по времени, которое он отдал спорту, и по состоянию его здоровья».
Знаете, что самое забавное? Что вот это все называется «любительским спортом». Ладно-ладно, не любительским, а «спортом высших достижений». Но поскольку «спорту высших достижений» смыслово противостоит так называемый «профессиональный спорт», получается некая терминологическая путаница.


По понятиям

Давайте разберемся, какие дефиниции существуют в спорте. Так, согласно Федеральному закону от 04.12.2007 № 329-ФЗ (ред. от 25.12.2012) «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» спорт вообще — это «сфера социально-культурной деятельности как совокупность видов спорта, сложившаяся в форме соревнований и специальной практики подготовки человека к ним». Спорт высших достижений — «часть спорта, направленная на достижение спортсменами высоких спортивных результатов на официальных всероссийских спортивных соревнованиях и официальных международных спортивных соревнованиях». Профессиональный спорт — «часть спорта, направленная на организацию и проведение спортивных соревнований, за участие в которых и подготовку к которым в качестве своей основной деятельности спортсмены получают вознаграждение от организаторов таких соревнований и (или) заработную плату».
То есть разница вроде как в том, что одни получают вознаграждение или заработную плату за свою деятельность, а другие вроде как не получают. Но ведь мы знаем, что это не так. А как?
Спортсмены делятся на несколько категорий. Просто спорт­смен — это «физическое лицо, занимающееся выбранными видом или видами спорта и выступающее на спортивных соревнованиях». Но есть и спортсмен высокого класса — тот, кто имеет спортивное звание и выступает на спортивных соревнованиях в целях достижения высоких спортивных результатов. Термина «профессиональный спортсмен» в законе нет.
Но признает ли государство спортивную деятельность трудовой деятельностью? Заглядываем в «Общероссийский классификатор профессий рабочих, должностей служащих и тарифных разрядов» (ОКПДТР) и… находим в разделе «Должности служащих» профессию спортсмена-инструктора. Уточняющие детали прилагаются в приказе министерства спорта РФ от 24 октября 2012 г. № 325 («О методических рекомендациях по организации спортивной подготовки в Российской Федерации»). Приказ допускает существование в штатном расписании организации, осуществляющей спортивную подготовку, не только должности спортсмена-инструктора, но и просто спортсмена. Ему предписано вести учет выполнения заданий, предусмотренных индивидуальным планом подготовки; принимать участие в планировании тренировочного процесса; соблюдать правила спортивных соревнований и антидопинговые правила; осуществлять пропаганду физической культуры и спорта. Спортсмену-инструктору помимо всего перечисленного нужно еще обобщать передовой отечественный и зарубежный опыт; передавать в ходе тренировочного процесса свой опыт молодым спортсменам; и — куда же без этого — обеспечивать соблюдение правил по охране труда и пожарной безопасности.
Как мы понимаем, разница между спортсменом и спортсменом-инструктором условна (как будто просто спортсмен не может обобщать опыт). Тем не менее она указывает на перспективу карьерного роста. В том ключе, в котором он происходит у служащих, то есть посредством перехода на более ответственную и высокооплачиваемую должность. Хотя в реальности, конечно, значение имеют только спортивные достижения человека, которые приносят известность, связи, внимание прессы, предложения по дальнейшему трудоустройству.
Тем не менее государство, пусть и в специфической манере, признало существование профессии спортсмена. Тогда как в советские времена, когда спорт был «любительским», спортсмены формально числились инженерами и милиционерами, а после ухода из спорта зачастую терялись в жизни. На наших глазах произошел огромный прорыв, ведь вместе с признанием десятки тысяч человек (не все из них становятся чемпионами) получили право на заработную плату и социальные гарантии. При этом новые термины вступили в противоречие со старыми. Если спорт­смен ведет трудовую деятельность, получает заработную плату, тогда кто такой этот самый «профессиональный спортсмен»?


О гонках колесниц

Официальные документы не самым понятным образом устанавливают отличие, тогда как интуитивно каждый из нас способен отличить профи от любителей. Вторые участвуют в коммерческих турнирах, зарабатывают большие гонорары, размер которых регулируется договором, уровнем зрительского интереса к предстоящему состязанию и качеством маркетинга. Профессиональный спорт является полноценным бизнесом, построенным как цикл «зрелище — прибыль — оплата». Иными словами, то, что мы называем «профессиональный спорт», на самом деле является коммерческим спортом, который в отличие от спорта высших достижений стремится не к рекордам, а удовлетворению потребности людей в различного рода экстремальных зрелищах.
Любовь к зрелищам присуща человеку с давних времен. Минойские цари (жившие в период 2700–1400 гг. до н. э.) одними из первых начали устраивать спортивные зрелища. По крайней мере, это следует из известных нам артефактов: на стенах дворцов Кносса и Акротири сохранились фрески со сценками бокса и корриды. Египтяне с удовольствием наблюдали за кулачными бойцами и фехтовальщиками. В VIII веке до нашей эры эллины установили Олимпийские игры, в рамках которых происходили состязания по бегу, борьбе, боксу, метанию диска и копья, стрельбе из лука. Но это все были ритуальные соревнования, одинаково далекие как от современного спорта высших достижений, так и профессионального спорта.
Началом профессионального спорта можно считать 680 г. до н. э., когда в программу античной Олимпиады были введены гонки квадриг. Победителем в такой гонке объявлялся не жокей, а собственник колесницы; содержание лошадей обходилось в копеечку; а зрители получали необыкновенные впечатления, глядя, как колесницы опрокидывались на поворотах, калеча возниц. Скачки стали весьма популярны в античном мире, а в Византии даже образовались domini factiotum, партии болельщиков, выступающие в роли менеджеров и коллективных собственников. Именно в ­гонках колесниц команды впервые получили цвета. Константинопольский ипподром представлял собой единый комплекс с императорским дворцом и храмом Святой Софии. В IV веке эти партии стали играть определенную политическую роль в жизни империи. И как бы парадоксально это ни звучало, но современные политические партии родом из профессионального спорта.
С угасанием Византии профессиональный спорт исчез, чтобы затем возродиться в XVIII веке в Англии, где предприимчивые горожане стали устраивать кулачные поединки, на которых делались ставки. Любопытно, что в числе первых профессиональных бойцов были и женщины из низших слоев, которые таким образом могли заработать больше, чем традиционным трудом прачек. В середине XIX века появился профессиональный футбол и бейсбол, в начале XX века — автогонки, а с появлением телевидения коммерциализации подверглись практически все виды спорта.


Граница стирается

Основатель Олимпийских игр современности барон Пьер де Кубертен строго следил за тем, чтобы профессионалы (которые, как тогда считалось, имели существенное преимущество над любителями, так как посвящали тренировкам больше времени) не проникали на его состязания. Чемпион 1912 года по легкоатлетическому пятиборью Джим Торп был лишен медалей, когда выяснилось, что он профессионально играл в бейсбол. В качестве оправдания Торпа можно вспомнить, что соперники-любители перед стартом украли его туфли, и он выиграл две медали, выступая в туфлях из разных пар, найденных в мусорной корзине.
От олимпиады к олимпиаде мастерство участников совершенствовалось, а граница между спортом профессиональным и любительским становилась все более зыбкой. Существенную роль в этом процессе сыграли публикации так называемых «­неофициальных подсчетов общего количества медалей», завоеванных тем или иным национальным олимпийским комитетом, в результате чего игры начали перерастать из состязания атлетов в состязания стран. С другой стороны, рекорды и достижения все больше зависели не от таланта конкретного человека, а от методик его подготовки и времени, затраченного на тренировки. В результате с 1981 года из Олимпийской хартии было исключено любительство как категория, определяющая видовую принадлежность спортсмена.
Накануне этого решения президент МОК Майкл Килланин сделал следующее заявление: «Опасность профессионализма спорта состоит в том, что он превращает спорт в „шоу-бизнес“. Спортсмен теряет свою свободу и становится инструментом в руках коммерческого агента, который определяет, где он или она должны выступать и против кого, обращая особое внимание на доходы от продажи билетов и телеправ. Я лично ничего не имею против профессионального спорта. Но если на Олимпийские игры будут допущены профессионалы, то олимпийское движение попадет в руки менеджеров и импресарио».
Время показало, что лорд Килланин был прав. Следующий президент МОК — дон Хуан Антонио Самаранч — приложил немало усилий, чтобы олимпийский спорт стало коммерчески независимым. Для этого он стал привлекать крупные компании в качестве спонсоров и продавать права на телевизионные трансляции, выручка от которых поступала в бюджет МОК. В каком-то смысле это было единственное возможное решение для спасения олимпийского движения, которое испытывало фатальные трудности с финансированием.
Преемник Самаранча граф Жан Рогге добился еще более впечатляющих результатов: если в 2001 году бюджет МОК не превышал $105 млн, то в 2012 году только финансовые резервы МОК приблизились к отметке $1 млрд. Рогге действовал как предприниматель. Он ввел практику страхования отмены Олимпийских игр, начал продавать права на телетрансляции с опережением по срокам. Так, в 2012 году права на показ всех основных соревнований за 2014–2016 годы собрали около $4 млрд, по сравнению с почти вдвое меньшей цифрой по этому показателю за 2002–2004 годы. А спонсорские сделки за 2013–2016 годы собрали примерно $1 млрд от десяти компаний.
Соответствие телевизионному формату является сегодня едва ли не ключевым требованием к виду спорта, претендующему на попадание в олимпийскую программу. В настоящий момент права на телепоказ Олимпийских игр в Европе с 2018 по 2024 год имеет Discovery Communications (канал Eurosport). Сумма контракта равняется €1,3 млрд. Предыдущим покупателем было известное маркетинговое агентство Sportfive, заплатившее МОК $342 млн. На Америку Олимпийские игры будет транслировать Национальная широковещательная компания (NBC), которая в 2014 году продлила свои права до 2032 года (контракт составил $7,75 млрд).


Попытка не пытка

Таким образом, противопоставление «профессиональный» — «любительский» применительно к спорту окончательно утратила смысл. И там, и там спортсмены посвящают все свое время тренировкам, существует практика спонсорства, выплачиваются гонорары за победы, делается ставка на зрелищность. Но различаются форматы. В олимпийском спорте работает «эффект масштаба», когда четыре года производится подготовка, а затем мощно на всех каналах всего мира с утра до ночи показываются спортивные состязания. Бесплатно для зрителей, но с рекламой компаний «Тойота», «Панасоник» и «Бриджстоун». За право смотреть профессиональный спорт зритель платит абонемент на кабельном канале. (Discovery — тоже кабельный (и спутниковый), но мы-то будем смотреть на федеральных каналах, которые купят сублицензии у Discovery).
Поскольку семейная аудитория — главная опора и NBC, и Discovery, все олимпийские виды должны соответствовать требованиям семейных каналов. Грубо говоря, профессиональный бокс, где пот и кровь, — это Showtime и HBO, а настольный теннис, где все прилично и никакого насилия, — это Eurosport.
Для спортсменов дистанция между профессиональным спортом и спортом высших достижений более ощутима. Цель условного «любителя» заключается в том, чтобы однажды выиграть Олимпийские игры и получить статус, который будет самой лучшей визитной карточкой в мире. Дальнейшее конвертирование статуса зависит от конкретного человека и страны. Например, в России многие олимпийские чемпионы стали телевизионными ведущими, совладельцами бизнеса, депутатами, получили должности в государственных структурах. Цель условного «профессионала» заключается в том, чтобы стать более оплачиваемым спортсменом. Игра стоит свеч. Состояние теннисиста Роджера Федерера составляет $72 млн, а гольфист Тайгер Вудс имеет контракт с Nike, который приносит ему $20 млн ежегодно.
В нашей стране пока еще слабо развита сеть коммерческих клубов, основным местом подготовки спортсменов являются государственные образовательные и спортивные учреждения, а организации коммерческого спорта делают только первые шаги. Наиболее успешной является Континентальная хоккейная лига, которая имеет собственный телеканал (6,5 млн телезрителей), популяризирует хоккей, способствует развитию детского спорта. Интересно развиваются российские промоушены в области единоборств М-1 Global и Eurasia Fight Nights. За несколько лет здесь выросли бойцы международного класса. Хотя, конечно, до уровня заработков ведущих бойцов UFC им и их продюсерам еще предстоит попотеть.
Попытки коммерциализации проходили и в спортивном самбо. Так, в 2004 году была создана «Профессиональная лига самбо», своего рода клубный чемпионат, организаторы которого использовали технологии промоушена и привлекали спонсоров. Однако в стране, где пассивный зритель привязан к телевизору, подобные мероприятия относятся к венчурным проектам. То есть проектам с высокой степенью риска. «Профессиональная лига» блеснула и ушла в историю. Вторым проектом стал турнир «Самбо-профи», организаторы которого сделали ставку на возможности самбистского комьюнити. При ярком антураже турнир не имеет коммерческой составляющей и держится за счет пожертвований и абонементов, покупаемых клубами или участниками.
Негласным выводом по итогам этих экспериментов, возможно, стало мнение о сложности коммерциализации самбо и единственном пути развития этого вида спорта — через олимпийскую программу. Однако в современном мире не существует нишевых продуктов: мол, этот спорт — только для коммерческого показа, а тот — конкретно олимпийский. Да, некоммерческих (вроде бега или керлинга) больше, но практика показывает, что все они коммерциализируются через продажу прав телеканалам. При определенных условиях. Например, этот спорт должен иметь огромное количество поклонников и занимающихся на нижних уровнях. Если же спорт сильно ориентирован на «высокие достижения», а в других ипостасях его не знают, у него мало шансов.

Авторизация
Логин:
Пароль:
Войти

5 (76) 2015
Номер 5 (76) 2015

Краткий анонс:
Хочешь побеждать - тренируйся!Аграрное раллиЮлий Ким: "О мечте и надежде во славу любви"Человек судьбыСобиратель историйПрофессия - спортсменБакинский дебютЭлитная подготовкаРодом из Ленинграда
127051, г. Москва, 1-Колобовский переулок, дом 19, строение 2
Тел.: +7 (977) 777-99-69
E-mail: mail@samoz.ru
Internet: www.samoz.ru
Главная | Новости издания | Текущий номер | Секция самбо | Архив номеров | On-line сервисы | Контакты | Полезные ссылки
Rambler's Top100